Заметки о Корее

осон1

Ян Сергей. ОСОН .Ноябрь 2016

 (1)

Впервые, в местечке Осон (Osong), а по-иному это поселение, состоящее из дворов и приусадебных участков с островками вкраплений двух или трёхэтажных зданий, окружённых рисовыми полями, назвать трудно, поскольку в густо населённой Корее довольно часто отсутствуют «зримые» границы между городами, а уж о пригородах и говорить нечего, мы (я и супруга Лидия) оказались семь дет назад, весной 2009. Цель поездки была весьма важной – навестить сестру, годом ранее переехавшую сюда с мужем по программе репатриации старшего поколения сахалинских корейцев. Добирались по здешним меркам довольно долго. Три часа самолётом от Южно-Сахалинска до Инчона, потом на автобусе-лимузине пятьдесят минут до Сеульского вокзала, часа полтора поездом «Семаул» до райцентра Чинджу и минут тридцать на пригородном автобусе до вновь построенного микрорайона из двух групп шестнадцатиэтажных домов. Двенадцать, по сахалинским меркам, высоток – социальное жилье для малоимущего населения и чуть дальше столько же домов с «нормальными» квартирами, которые у нас принято считать «элитными». Приехали когда уже стемнело. Ни машин во дворах, ни прохожих на улицах, свет в редких окнах и не на каждом этаже. 
Сорок семей сахалинцев оказались первыми новосёлами в районе, где началось строительство города с научно-исследовательскими центрами, клиниками, школами, дорогами, магазинами и всей прочей необходимой для работы и отдыха, инфраструктурой. Осон и по сей день невозможно найти на карте Кореи и если бы не вновь построенный узловой железнодорожный центр для поездов КТХ и пассажирский терминам общей площадью больше Пусанского, вряд ли бы кто с первого раза, не поплутав, мог добраться сюда. Для того чтобы больше озадачить путешествующих, а иначе зачем?, почти рядом, в часе езды, есть города Асан, Осан и даже Осон, но без прононса в произношении и вместо кругляшка а правописании – галочка. Для чего провинциальному городу такой огромный вокзал - об этом другая история, чуть позже. На этот раз я доехал сюда на КТХ за сорок минут и пятнадцать минут ногами (пять минут или одна остановка на рейсовом автобусе) от вокзала до микрорайона уже приличного, в пятнадцать – двадцать тысяч, на мой взгляд, населения, современного города.
Как и принято в Корее, есть легенда, записанная в неких хрониках, которая повествует об истории возникновения поселения в этом прекрасном, без всякого преувеличения, месте. Тысячу с лишним лет назад, в восемьсот каком то году (О, сколько почти гениальных мыслей и замечательных историй я начитал на этот ужасный телефон, который, как мне кажется, всякий раз с отменным аппетитом набивал ими своё бездонное чрево, а потом через раз выдавал такую какофонию вместо ожидаемого благозвучия, что впору сойти с ума.) из города Кёнджу столицы царства Силла забрёл сюда, в самую глухомань, полный печальных дум опальный вельможа по фамилии Чве или, как принято нынче, Цой (Choi). Когда случайно поднял он свой взор, перед ним с холма открылась панорама долины с ярко-зелёными островками вековых сосен, плывущих по разноцветному морю цветов и на каждом холме количество деревьев было одинаковым – ровно по пять (О - по корейскому исчислению). О - это знамение свыше, - Решил вельможа . Он завершил в долине свои странствия и основал поселение – Осон, что означает «Пять сосен». Сосновые островки, естественные и рукотворные, существуют и по сей день. Даже на разделительной полосе главной улицы все сосны в ряд по пять штук.

(2)

Чудеса стали проявляться с раннего утра, когда я вышел прогуляться вокруг знакомого с прошлого приезда озера на окраине микрорайона. Красивое здание школы со стадионом и площадками для отдыха, центр досуга с тренажёрами и пустующими залами, маленький магазин, столовые и аптеки, были здесь уже с момента заселения, лет восемь назад, но то, что открылось передо мной сейчас, было похоже на мираж. Современный город с парками, стадионами, машинами, жителями, красивыми зданиями, чистыми улицами…. Как такое возможно!? За семь лет! У нас… Нет, сравнений не будет. И не потому, что я изменился и стал «более патриотом», чем был, прислушавшись к неким высказываниям об особенностях моего видения, которое замечает в чужих краях только хорошее. И не в потому, что Корея - не «чужой край», здесь родился и жил мой отец. «Хорошее и Плохое» переплетены корнями в почве нашего ума, но в чистом небе каждого сердца есть только то, что составляет нас не как личность, но как сущность. Где найдёшь красоту и любовь если молчат струны души твоей? Красоту красотою не измерить, как не соизмерить любовь к родине количеством "грязи", найденной у других. Всякий раз зарекаюсь «не делать выводы, не философствовать», и строго следовать выбранной темы, но не получается. Видимо карма такая сложилась – плутать в дебрях несовершенного ума. 
Брожу по извилистым деревянным и каменным мостикам, по цветным тротуарам, любуясь совершенством кривых, извилистых сосен, покрытых у самой вершины изумрудно-зелёными ветками, похожими на огромные опахала, красными, цвета спелой малины, блестящими, тугими на ощупь, ещё терпкими ягодами барбариса в обрамлении изящных, жёлтых и оранжевых листьев с выгнутыми спинками, всем радужным разноцветьем деревьев, цветов и трав, отражениями птиц и домов, плывущих вместе с облаками среди водорослей в синевато-зелёном небе озера … Ах, если б мне случилось родиться художником, я бы рисовал песни ветра в вечерних кронах вековых сосен, то приглушённые и печальные, похожие на еле слышный плач любимой, разбивающий на мелкие кусочки каменные стены моего сердца, то прозрачно - звенящие, таинственные, солнечные, подобные первой улыбке ребёнка, и невыносимо чистые и щемящие, как память о маме. И чтобы рядом на холсте смеялась и рыдала камышовая флейта. Луна - огромная в полнеба, под ним и на ней скошенное рисовое поле с темными силуэтами журавлей, маленький в полноги дом детства моего отца и высокие, выше луны и облаков кроны сосен… Я бессилен описать совершенство природы и творения рук человеческих посредством, имеющихся в моем сознании, плоских, однотипных слов. Ах, если б я был художником… – Ну, и как, - спрашивали меня, - Правда, красиво? В ответ я что-то бормотал, показывал большие пальцы рук, картинно, как умеют здесь, в Корее, восклицал столь нелюбимое мной, - Вау!!! За три неполных дня мой Олик (камера Олимпус) выдал почти двести снимков. 
Социальное жилье было представлено в виде квартиры заявленной площадью в 22 пхён или, что нам более привычно, 72,65 квадратных метра. Пхён , равный 3.3025 кв. м.- площадь стандартной соломенной циновки которыми покрывали полы в традиционных корейских домах – чип. Маленький коридорчик, две спальни, совмещённый санузел, гостиная с миниатюрной кухней и веранда по всей ширине квартиры. - На двоих сахалинцев в самый раз, - решило правительство Кореи. Местные семьи - двое взрослых, один, реже два ребёнка. В Сеуле есть социальное жилье площадью в 11 пхён. У всех неходячих инвалидов (включая местных) есть коляски с электроприводом, раз в неделю к сахалинцам (про других не спрашивал) приходит медсестра, измеряет давление, приносит лекарства. Каждый месяц (а бывает, что чаще) возят на экскурсии. Всех кому за шестьдесят пять в рабочие дни, кроме выходных, кормят бесплатными обедами в социальных центрах. За символическую плату восемь тысяч вон (примерно450 рублей по сегодняшнему курсу) можно весь год пользоваться всеми услугами центра: тренажёрными залами, массажными кабинетами и оборудованием, компьютерами; посещать обучающие курсы по рисованию, пению, танцам, шахматам и всему прочему; ходить на концерты, тренинги и другие мероприятия - всего и не перечислить. Сам центр, это современное, красивое (как безобразно скуден мой лексикон!) двухуровневое, четырёхэтажное здание на склоне живописного холма, размерами, как мне показалось, с Дом правительства Сахалинской области. Наше старшее поколение попало в Осоне в социальный рай. К моему удивлению, некоторые при встрече высказывали неудовольствие безразличным, на их взгляд, отношением к ним «местных», либо скудностью приносимых им благотворительных подарков. Приезжая на месяц-другой летом на Сахалин, к детям, когда жара здесь становится невыносимой, они не могут в полной мере насладиться прелестями нашего пенсионного существования.

 (3)

Так уж устроен человек, что постоянно желает улучшить, обустроить сферу своего обитания и сегодняшнее состояние личного материального пространства, о котором он ранее и не мечтал, уже кажется рутинным, обычным, хочется чего-то большего, лучшего… Тем более, если такое приходит волею случая и без особых усилий с его стороны. Так уж устроен человек, что уверовав в ясность своего ума, видит и слышит всё, судит обо всем праведно и сурово, знает, что надо сделать и как, но изменить качество жизни своей не в состоянии. Да, и можно ли изменить себя, разбудить, взрастить душу, если стал адвокатом самому себе и прокурором для других. - Зачем её (Душу) будить, тем более взращивать, словно цветок или овощ какой, когда Она, априори, чиста и совершенна, - скажут иные. У меня нет готовых ответов и вопросов нет. Странствуйте, ищите, но не во вне, - говорили Учителя.
Для чего Осону, провинциальному городу местного значения, узловая железнодорожная станция, где останавливаются скоростные поезда КТХ, огромный, явно не по его меркам, вокзал и, с недавних пор, рядом с ним, стоянка для машин размером с футбольное поле и «отстойник» для автобусов, где в ряд выстроились два десятка блестящих, судя по виду, новых «лимузинов». В Корее умеют считать деньги и если автобусы, пусть почти пустые, с небольшим временным интервалом куда-то уходят и приходят, значит это кому-то нужно. Оказалось - нужно стране, которая в получасе езды отсюда, построила себе вторую (новую?) столицу, названную Седжоном в честь знаменитого, почитаемого всеми корейцами короля-реформатора и уже появилась на картах и туристических буклетах. Бронзовый памятник с восседающим на троне Седжоном Великим из рода Чонджу Ли, высится на одной из самых примечательных и известных туристам мест города, центральной площади Сеула – Кванхвамун. Развитие национальной культуры и науки, создание своей, корейской слоговой азбуки-хангыль, реформы в сфере образования и самое важное, как отмечают многие историки, забота о благосостоянии народа и уважение к человеческой жизни – за всем этим незаурядная личность правителя эпохи Чосон. За спиной короля, стоит перейти улицу, массивные главные ворота королевского дворца Кёнбоккун, а за дворцом «Голубой Дом» - резиденция президента Кореи. 
Причин, для строительства за двадцать миллиардов долларов (в вонах сумма выражается в цифрах увеличенных примерно в тысячу сто раз) второй столицы достаточно много. Среди них и перенаселённость Сеула - мегаполиса, где проживает чуть ли не более половины населения республики, близость демаркационной линии с Северной Кореей, до неё около шестидесяти километров, ускорение развития центральных районов страны, уменьшение транспортной нагрузки на городскую инфраструктуру и обеспечение безопасности населения нынешней столицы в случае военного конфликта. Полагают (и такие доводы приводились в застольных беседах), что расстояние не позволяет перехватить ракеты, целями которых станут районы с наличием правительственных зданий, а в случае переезда правительства в другое место у противной стороны исчезнут мотивы для удара по Сеулу. На их месте я бы не стал полагаться на наличие у авторитарного режима элементов гуманизма в выборе методов достижения своих целей. 
Но это на их месте, а мы, уютно расположившись на своих местах в одном из новеньких автобусов, вместе с сестрой и друзьями Юрой и Майей едем знакомиться с «новой» столицей. Вышли в центре, у здания правительства, куда уже перебрались три десятка министерств и ведомств. Город уже довольно обжитый и исправно функционирующий - ходят городские рейсовые автобусы, в магазинах, столовых, аптеках посетители и покупатели, к 2020 году здесь будет полмиллиона жителей. А вдали, за микрорайонами, парками и у самых сопок, краны, краны…. На пятом десятке сбился со счёта. Правительственные офисы, пересекая улицы и магистрали, гигантской анакондой, почти кольцом свернулись на схеме района у излучины реки, больше напоминающей озеро. Все сооружения общей площадью 213 тысяч квадратных метров и переходы, объединены общей крышей-парком. У озера сотни туристов, с пешеходного деревянного моста открывается изумительный вид на город, на островки сосен и синеющие в отдалении на другом берегу невысокие горы. В прозрачной воде поверх водорослей следуют за туристами разноцветные карпы, иные размером с небольшую горбушу. 
К обеду умаялись так, что едва волочили ноги, а толком посидеть–покушать негде. В округе только киоски да забегаловки с дощирак и кофе-шопы. Решили возвращаться и обедать в рабочей столовой недалеко от вокзала, Юра настоял. Меню не отличалось разнообразием, но Кальби-тан и прилагаемые закуски, может голод способствовал тому, были вкусными и молодая женщина, обслуживающая столик, судя по диалекту из Северной Кореи, а таких сегодня можно встретить повсеместно, принесла добавку. За пару сотен метров от дома на тротуаре среди осенних листьев Юра заметил сложенную втрое жёлтую ассигнацию, номиналом в пятьдесят тысяч вон. На ней в овальной рамке красовался король Седжон. Он не отпускал нас, и мы решили избавиться от него, снять стресс привычным для местных способом. Ближе к ночи проели, пропили и пропели находку в ближайшем караоке. На следующий день, после прогулки и встречи с бывшими сахалинцами, вечерней лошадью, читай поездом КТХ, я вернулся в Сеул, где в десяти минутах ходьбы от станции «Бальсан» пятой линии метро, меня ждали вкусный ужин, горячий душ и любимая, она же и единственная тёща.

ИНТЕРЕСНЫЕ СТАТЬИ
Рукотворный «Остров» стоит на трёх столпах: трудолюбии, веры в себя и четко поставленной цели. Здесь выращивают овощи, картофель и диковинных для Сахалина перепелов. Организовал и много лет руководит всем этим хозяйством Сергей Ким, который называет себя не иначе как «крестьянин».
Сегодняшнюю медицину без ультразвукового исследования представить невозможно. Владимир Дон вырастил целую плеяду врачей-узистов. Он стремится передать не только свои знания и опыт, но и другие ценности врачебной профессии, благодаря которым удается спасать здоровье малышей даже в самых тяжелых случаях.
"Я видела, как мои родители помогают соседям корейцам. То папаня мешок мелкой картохи для свиней отдаст, то маманя достанет для соседей уголь подешевле. В домах печки топились углём. А корейцы приносили нам зелень и овощи. Причем, оставляли миски тихо на веранде и уходили. Очень деликатная нация!"